сентябрь /октябрь /ноябрь

.GURNAL.RU Редакция
CОБЫТИЯ ИНТЕРВЬЮ ОТЕЧЕСТВЕННЫЕ КАРТИНКИ ОБЗОРЫ/ КНИГИ ФИЛЬМЫ СD

 

от редактора 2004 ДЕКАБРЬ >> Митя Чекалов. Пнин-2. Микроинтервью и отрывок из романа/. Сергей Бразилия / Антисоциальная личность / Время секса с олигархом или 10 десять способов уложить олигарха в постель Яна Красовская Марина Ковалева-Новикова. Книжный обзор / Кино и видео c Дмитрием Генераловым/ Александр в ожидании Оскара / Что смотреть в декабре >> Михаил Стрельцов / Фотографии к подписям: Катя Компот / Павел Крусанов Гаврило Принцип: объединение или смерть Павел Симонов / По имени "Супер"/ Муля, Попят на дискотеке. Комикс / Какие фильмы не пропустить по ТВ на неделе/ на сайте и подписка

Подписаться >>

 

Только для подписчиков :

Испытание в тропиках 2004 /
Rainforest challenge 2004
Шоу транссексуалов на Сhanel4
/
Большая Мама /
Покидая храмы /
- Это наш рынок, и, это наш шанс!

 

Дмитрий Генералов

Для тех, кто ленится читать рецензии, напоминаю шкалу экспресс-оценки: ****** - шедевр на все времена; ***** - выдающийся фильм, необходимо увидеть; **** - хорошее кино, посмотреть в свободное время; *** - крепкая поделка, не увидишь - не потеряешь ничего; ** - бездарная чушь; * - не смотреть ни при каких обстоятельствах.

ФИЛЬМ МЕСЯЦА:
АЛЕКСАНДР ВЕЛИКИЙ В ОЖИДАНИИ "ОСКАРОВ" читать здесь >>

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Подписка "Дмитрий Генералов. Какие фильмы не пропустить по ТВ на неделе" >>

Cмотреть в декабре

Здравствуйте, друзья!
Наступил финальный месяц года, и именно сейчас, в декабре, в Голливуде развернется коварная и безжалостная подковёрная борьба за грядущие "Оскары". Поэтому у студий - последняя возможность вступить в борьбу за призы, а к тому же не опоздать сорвать банк на традиционных рождественских сказках. О, эта жгучая калифорнийская зима!.. Нам - проще. За "Оскары" бороться не надо (честно говоря, просто не с чем), в рождественские сказки мы ещё со времен социалистического реализма не верим. Поэтому будем просто ходить в кино и стараться выбирать зрелища если и не выдающиеся, то хотя бы просто достойные двух часов потраченного на них холодного декабрьского вечера.


 

НЬЮ-ЙОРКСКОЕ ТАКСИ / TAXI
20th Century Fox & Europa Corp. & Robert Simonds Productions, США, 2004г
Продолжительность: 105 мин
Политкорректный ремэйк безбашенной автогонки
Продюсер: Люк Бессон
Режиссер: Тим Стори
Сценарий: Люк Бессон, Бен Гарант, Томас Леннон, Джим Коуф
Оператор: Уэнс Бёрберри
Композиторы: Кристоф Бек, Тим Боланд
В ролях: Куин Латифа, Джимми Фэллон, Энн-Маргарет, Дженнифер Эспозито, Жизель Бундхен, Ана Кристина де Олисейра, Ингрид Вандебош, Магали Амадеи, Кристиан Кэйн, Генри Симмонс и др.
Экспресс-оценка: **

Голливуд, похоже, никак не может избавиться от "синдрома Люка Бессона". Испытывая непреодолимый жанровый кризис, американцы взялись ныне за ремэйки уже не режиссерских, а продюсерских проектов агрессивного француза. Они перенесли почти покадрово действие первого "Такси" из Марселя в Нью-Йорк, но внесли в бессоновский сюжет революционно-политкорректные изменения. Алжирского водилу-Насери заменили на разухабистую афро-американку Куин Латифу. Правда, в напарники ей достался такой же недотепистый полицейский-янки (Фэллон), каким был Фредерик Дифенталь во французском оригинале. Ещё одна голливудская корректива, на этот раз весьма симпатичная: нью-йоркские банки грабит банда длинноногих бразильских манекенщиц во главе с 22-й девушкой Джеймса Бонда Жизель Бундхен (для неё "Такси", видимо, стало генеральной репетицией перед появлением в бондиане). Во всем остальном голливудский ремэйк является программно-вторичным: даже автомобильные трюки лишь покадрового копируют выдумки французских каскадеров. А что касается диалогов в частности и ритма фильма в целом, то здесь американская версия вчистую проигрывает оригиналу. Марсельское "Такси" было сплошным каскадом остроумным гэгов, головокружительных автопогонь и искрометных диалогов, когда зрителю не удавалось расслабиться ни на секунду, разрываясь между смеховыми истериками и адреналиновыми атаками. "Такси" нью-йоркское, несмотря на продюсерское руководство самого Бессона, кажется снятым в рапиде. Между автопогонями на нас обрушиваются лавины политкорректных бесед о трудовых, расовых и прочих проблемах простых американцев, которые нагоняют на любого, кто помнит оригинал, ужасающую скуку сродни бразильским телесериалам (каждая "мысль" повторяется как минимум трижды, чтобы дойти даже до самого отмороженного потребителя). Впрочем, если смотреть картину дома, можно с помощью ускоренной перемотки добиться ритмического соответствия американской и французской версий (вот они 17 минут разницы в экранном времени двух фильмов). А то, что при таком воспроизведении пропадёт половина текста, то это американскому ремэйку только на руку, уж больно непритязателен нью-йоркский юмор в сравнении с марсельским (ведь сколько раз объяснял нам наш Задорнов, какие эти американцы "туп-пые!!!"). Вот такое кособоко-кривоногое кино решили преподнести нам к Новому Году наши прокатчики (в кинотеатрах - с 30 декабря). Правда, расторопные видеопираты уже вовсю торгуют приличными оцифрованными копиями с титрами и звуковой дорожкой на французском, почему-то, языке (да и слово "нью-йоркское" в официальном прокатном названии - изобретение российских дистрибьюторов; видимо, для того, чтоб не путали всё-таки с оригиналом, как божий дар с яичницей).


ДУРНОЕ ВОСПИТАНИЕ / LA MALA EDUCACION
20th Century Fox / Pathe! / El Deseo / TVE / Canal + / Ica A, Франция-Испания, 2004г
Продолжительность: 105 мин
Гомоэротический "фильм-нуар"
Режиссер: Педро Альмодовар
Сценарий: Педро Альмодовар
Оператор: Хосе Луис Алькайне
Костюмы: Пако Дельгадо, Жан-Роль Готье
Композитор: Альберто Иглесиас
В ролях: Гаэль Гарсиа Берналь, Феле Мартинес, Даниэль Хименес Качо, Льюис Омар, Франсиско Бойра, Хавьер Камара и др.
Экспресс-оценка: *****

Может показаться странным, почему я включил эту картину в декабрьский обзор. Её ещё летом открутили кинотеатры, и сегодня она вроде бы уже перестала быть "актуальной". Но поводов ещё раз вернуться к каннскому пролёту Альмодовара целых три. Во-первых, наконец появился идеального качества пиратский DVD; во-вторых, на мой взгляд "Дурное воспитание" вполне может войти в пятёрку "оскаровских" номинантов; и в-третьих, я давно хотел вставить собственную реплику в дискуссию об этом фильме нелюбимого мной, но глубоко уважаемого режиссера.
Постараюсь быть кратким, поскольку о "Дурном воспитании" уже написаны сотни статей, и сказать что-либо принципиально новое или оригинальное чрезвычайно трудно. После прохладного приёма фильма на последнем Каннском фестивале все пишущие о нём разделились на два полярных лагеря: горячих сторонников и не менее горячих противников картины. В России никто, кроме немногочисленной гомосексуальной публики на неё вообще не отреагировал. Артикулированная до предела маргинальность фильма оставила мейнстримную публику совершенно равнодушной. На мой взгляд, совершенно напрасно, поскольку для Альмодовара "Дурное воспитание" явилось его личными "8 ?". Режиссер сделал самую кризисную, самую эксгибиционистскую и самую зрелую свою картину. Стало общим местом называть этот фильм "голубым нуаром", но по-моему Альмодовар нашел совершенно адекватную форму для воплощения своей сегодняшней паранойи. Подменяя традиционную для "нуара" фам-фаталь фигурой манерного педика (в фильме впервые вообще отсутствуют женские образы, кроме карикатурно-эпизодических матери и тётки одного из героев), он декларировал состояние сегодняшнего кинематографа вообще как состояние тотального обмана, тотального эскейпизма и тотального тупика. Рассказывая историю множащейся и разрастающейся цепной реакции лжи, Альмодовар отказывает кинематографу в любой общественной функции, кроме функции балагана, функции чисто физиологического развлечения на уровне порнографии или примитивного мультфильма. Но по Альмодовару кино-подмена, кино-обман не только уводит зрителя в бессмысленные и невыполнимые грёзы, но и жестоко карает своих создателей, тех, кто идёт на обман сознательно, превращая пустопорожние иллюзии в дело жизни и источник дохода. В фильме все его герои заканчивают тупиком. Иронические финальные реплики о судьбах персонажей похожи на могильные эпитафии. Альмодовар произвел расчёи с собственными иллюзиями холодно и беспощадно. На "Дурном воспитании" знакомый нам испанский анфан-террибль кончился. Перефразируя поэта, скажу, что после этого фильма нельзя вообще снимать кино. Тем он и интересен. Педро Альмодовар совершил творческое самоубийство, облаченное в форму гомоэротической драмы, замешенной на зависти, похоти и крови. Столь радикальный художественный акт достоин ритуального уважения, как идеально совершенное самураем харакири. Вы когда-нибудь видели анатомически подробную кинохронику харакири крупным планом? "Дурное воспитание" к вашим услугам. Не удивлюсь, если задыхающаяся от политкорректности Голливудская Киноакадемия вручит золоченого болванчика "Оскара" последнему (в самом прямом смысле!) фильму ныне покойного Педро Альмодовара.


OLD BOY
Show East / EGG Films, Республика Корея, 2003г
Продолжительность: 120 мин
Дальневосточный "Монте-Кристо", вызвавший плач восторга и зависти у Тарантино
Режиссер: Чан-вук Парк
Сценарий: Хван Чо-юн, Лим Чун-чун, Чан-вук Парк
Оператор: Чун Чун-хун
Композитор: Чхо Йоун-вук
В ролях: Чхой Мин-сик, Ю Чи-тэ, Ган Хе-чун и др.
Экспресс-оценка: *****


Вручая Гран-при Каннского фестиваля этому невообразимому корейскому кинокомиксу, председатель жюри Квентин Тарантино без тени лукавства и снисходительности назвал OldBoy лучшей картиной конкурса. Тонкий ценитель восточных "фильмов о мести", голливудский анфан-террибль признал, что выпускнику философского факультета Сеульского университета Чан-вук Парку удалось кое в чём его "перетарантитнить". Впервые на фестивальный экран попал такой гармоничный и гипнотический гибрид авторского кино и масс-культа, античной трагедии и японской манги.
Впервые международный успех пришел к Чан-вук Парку с политическим детективом "Объединенная зона безопасности" (2000), где идея разделенной Кореи доводилась до своего логического тупика, до кровавого и бессмысленного абсурда. Уже в этом фильме чувствовался недюжинный творческий потенциал постановщика. Политический детектив становился своего рода философским высказыванием на тему судьбы изуродованной Большой Политикой страны. OldBoy представляется таким же глубоким и своеобразным высказыванием на более глобальную и практически вечную тему. В рекламной раскрутке фильма вовсю используется мотив мести, её называют "основанной на японских комиксах по мотивам романа Александра Дюма "Граф Монте-Кристо". Но тема мести, на мой взгляд, лишь самый поверхностный слой этой многоуровневой киноконструкции.
Главный герой фильма, пьяница, бабник и преданный семьянин О Де-су (Чхой Мин-сик) однажды дождливым вечером, возвращаясь домой после дебоша, устроенного в полицейском участке, исчезает с мокрой улицы, чтобы очнуться в странной тюрьме, похожей на комнату в многоэтажке, но с глянцевыми фотообоями вместо окна и усыпляющим газом, текущим из водопроводных труб. Кто и за что поместил его сюда - не известно, как неизвестно и то, что в этой камере он проведет 15 лет. Поначалу он ведет себя совершенно по-скотски, целуя ботинок молчаливого тюремщика, проталкивающий в камеру поднос с китайскими жареными пельменями, и требуя сказать только, когда его выпустят. На шестой год О наконец приходит в себя, начинает вести счет времени и своеобразный "тюремный дневник", в котором составляет некороткий список тех, кого обидел и кто мог заключить его в камеру. Он учится убивать условного противника, чей силуэт рисует на стене и роет подкоп с помощью стальной палочки для еды. А ещё смотрит по беспрерывно включённому телевизору выпуски новостей и конкурсы красоты, узнаёт о зверском убийстве жены, которое якобы совершил он сам, и день за днём взращивает в себе жажду мщения. На пятнадцатом году заключения он, наконец, выламывает из стены первый кирпич и получает первый глоток свежего воздуха. Но в этот день его усыпляют именно для того, чтоб наутро он очнулся на свободе, на крыше типовой многоэтажки, облаченный в пижонский костюм и стильную фиолетовую рубашку. Какой-то случайный бомж вручает О Де-су сотовый телефон и бумажник с чеками на сотню тысяч долларов, а случайная юная повариха из японской закусочной забирает его к себе домой, после того, как он теряет сознание то ли от воздуха свободы, то ли от неминуемой после пятнадцатилетней изоляции простуды…
Одержимый паранойей мести и вооруженный всеми сегодняшними "хай-теками", от сотового до Интернета, О Де-су находит своего тюремщика где-то на сороковой минуте фильма. Он может немедленно расправится с ним, но тут выползает на поверхность более глубокий и значительный пласт картины. Возникает вопрос "за что?" герой терпел свои мучения. Он получает пять дней для того, чтобы понять, что месть - естественна и даже, как говорит его антагонист, "полезна для здоровья". Но совершенно бессмысленна, ибо "уничтожающий врагов своих узнаёт лишь о том, что каждый потерпевший - сам кузнец собственных несчастий". За пять дней О Де-су узнает о том, чем он навлек на себя ужасную кару и убедится в том, что он уподобился своему врагу, стал столь же низменным и порочным, как человек, которому он когда-то в далекой юности сломал жизнь своими беззаботными высказываниями, даже не задумываясь о том, что слово способно убивать и преумножать Зло, оборачивающееся против самого тебя. Чем дальше разворачивается комиксовая история корейского Монте-Кристо, тем более грустные философские цитаты лезут в голову. "Умножающий знания, умножает скорбь…" "Язык мой - враг мой…" Список можно продолжать до бесконечности. Подытоживая, скажу, что главной темой фильма, несмотря на весь виртуозный формальный антураж, является не месть, но ответственность человека не только за свои поступки, но и за слова, и за мысли. "Корни всех наших бед находятся внутри нас самих" - утверждает философ Чан-вук Парк. Каждое сказанное слово приводит к необратимым последствиям… Осознавший это, О Де-су мстит самому себе, совершая искупительную жертву размаха античной трагедии, сродни ослеплению царя Эдипа.
Возможно, все проговоренные выше философские постулаты в отрыве от киноповествования звучат набором банальностей. Но совершенная художественная форма, найденная автором для внушения этих непререкаемых банальностей зрителю, делает урок печальной и неприятной философии от Чан-вук Парка предельно убедительным. Один из российских кинокритиков, описывая самую шоковую сцену фильма, когда герой в тесном коридоре сокрушает обыкновенным молотком толпу озверевших гангстеров, назвал эстетический эффект OldBoy "внушением гуманистической философии с помощью молотка". В этом есть немалая доля истины. Автор фильма самые глубокие и самые значительные свои философские высказывания облекает в нарочитые масс-культные формы, достигая невиданного до него синтеза и взаимообогащения высокого и низкого в одном эстетическом пространстве…
Но, по-моему, пора остановится. Философская провокация корейского режиссера на то и рассчитана, чтоб пробуждать у нас утонченные размышления с помощью бульварного сюжета и плоской графики небрежного комикса. OldBoy просто обречен на то, чтоб получить в нашей "продвинутой" среде так называемый культовый статус. Поэтому новую любимую игрушку Квентина Тарантино лучше увидеть собственными глазами. И лучше сделать это на широком экране кинотеатра, где эпический по размаху комикс демонстрируется в субтитрованном виде с оригинальным звучанием гениального саундтрека Чхо Йоун-вука, которого я бы смело сравнил с такими разными, но одинаково провокационными кинокомпозиторами как Филип Гласс и Рюити Сакамото.

СВОИ
"СТВ", Россия, 2004г
Продолжительность: 105 мин
Неюбилейный фильм о войне
Режиссер: Дмитрий Месхиев
Сценарий: Валентин Черных
Оператор: Сергей Мачильский
В ролях: Богдан Ступка, Константин Хабенский, Сергей Гармаш, Михаил Евланов, Анна Михалкова, Федор Бондарчук, Наталья Суркова и др.
Экспресс-оценка: ****


Есть у нас, у русско-пост-советских, одно отвратительное качество. Мы долго вздыхаем и сожалеем о том, что не можем мы, с нашими хилыми и убогими возможностями не то, что догнать и перегнать, а даже приблизится по качеству к "продукту" так называемого цивилизованного мира. В данном случае я говорю о родимом российском кино. Но стоит только появиться действительно достойному наших собственных лучших традиций фильму, как начинается неминуемое "преследование" его авторов: обвинения в нео-коньюнктуре, вторичности и беспомощном подражательстве; вылавливание "блох" вроде платья не того фасона или пистолета не той системы; и горькие плачи о том, что опять "хотели, как лучше, а получилось, как всегда". Сегодня эта история повторяется с фильмом Дмитрия Месхиева "Свои", получившим Гран-при последнего Московского МКФ и вышедшим, наконец, в широкий прокат. Режиссера обвиняют в том, что он снял по сути "папочкино кино"; что если это лучшее, что у нас сегодня есть, то мы ни на шаг не сдвинулись от эстетики (и этики) "шестидесятничества"; что хитрый профессионал-хамелеон Месхиев попросту "просчитал", как сделать нетривиальное юбилейное кино к грядущему 60-летию Победы.
Во всем этом снобистско-гадливеньком словоблудии присутствует какая-то примитивная мелкотравчатая завистливость неудачников. Возможно, каждый из критических "укусов" по отдельности справедлив и обоснован, но вместе они становятся лаем стаи мосек, отвлекающих внимание от предмета этого самого лая, от слона. Никто не пишет о главной заслуге Месхиева перед отечественным кино. Да, режиссер бесспорно идеально чувствует коньюнктуру. Но не коньюнктуру госзаказа, а пресловутую "общественную потребность", нашу "ментальную тоску" по четким критериям и ориентирам среди хаоса и распада, в котором всё ещё пребывает российский кинематограф. Да, Месхиев снимает кино совершенно традиционного "качества" среди бесконечного, бессмысленного и беспомощного экспериментаторства новейших поп-звезд от режиссуры (достаточно, содрогнувшись внутренне, вспомнить одну только мертворожденную "Богиню" Ренаты Литвиновой). Да, сорокалетний петербургский вундеркинд по-хорошему непредсказуем и разнообразен, и вряд ли кто-нибудь мог предсказать, что после по-бразильски жгучей "Женской собственности" он вдруг скакнет к пролетарскому сюрреализму "Механической сюиты", а потом разразится жестким экзистенциалистским лубком "Своих". Но эти творческие кульбиты происходят не от того, что Месхиев ведать - не ведает, куда ему в следующий раз метнуться, но от того, что как хороший профессионал (а профессионализма его не отрицают даже самые язвительные злопыхатели) он стремится освоить самые разнообразные структуры и способы киноповествования. Его карьера, кстати сказать, весьма напоминает карьеру Алана Паркера, чьей восторженной похвалы удостоились "Свои" на Московском Кинофестивале. От каждой новой картины Паркера вот уже почти тридцать лет ждут стилистических подвохов и неожиданных решений. И считают его программную непредсказуемость залогом длительного творческого "тонуса".
Вся эта художественная диалектика с плавным и естественным перетеканием недостатков в достоинства и обратно превратилась в эстетскую мишуру, скрывшую главное значение (и назначение) "Своих". Месхиев впервые за многие годы снимал не "юбилейное", не "новаторское", не "заказное", а попросту честное кино про войну. И честное кино у него получилось. "Своих" часто сравнивают с телесериалом "Штрафбат", в котором якобы тоже Великая Отечественная показана прежде всего как война Гражданская. Но что касается "Штрафбата", то претензий к нему, как художественных, так и исторических и идеологических, можно предъявить гораздо больше, чем к незамысловатым "Своим". Во-первых, идея "огражданствлевания" войны вообще не является ни открытием, ни заслугой "нового" кино. У Алексея Германа в "Проверке на дорогах" это восприятие войны прозвучало более тридцати лет назад. Правда, по существовавшим тогда стандартам, прозвучало "фигой в кармане". У Досталя и Месхиева возможностей называть вещи своими именами неизмеримо больше, и в данном случае достоинство их творений в том, что старая "шестидесятническая" идея, наконец, четко артикулирована, доведена до стандартов сегодняшней поп-культуры (не стоит бояться этого термина в нашем обществе "тотального телевидения"). Но на этом схожесть "качества" фильмов Досталя и Месхиева исчерпывается. Далее начинаются глобальные победы "Своих" по всем статьям. Но не буду больше увлекаться сравнительным анализом, поскольку взялся высказаться только о фильме Месхиева.
Итак, первые дни Великой Отечественной, хаос, абсурд, неразбериха. Короткий и жестокий бой в зачине картины, который гламурная критика навязчиво называет "мультицитатой" из Сэма Пекинпа и Роберта Олдрича, цензурированной в соответствии с пресловутым "кодексом Хейса". В упрек Месхиеву ставят тщательную дозировку насилия и натурализма (мол, давить человека танком - это нормально, но вот кишки наружу - это ни-ни!). Смысл упрёка лично мне абсолютно непонятен. Конечно, можно было бы легко забабахать этакое "Чистилище-2" а-ля Александр Глебович Невзоров. Но только у нормальной человеческой психики существует определенный предел восприятия, за которым любой "театр жестокости" превращается в подобие порнографии, заставляющей в лучшем случае закрыть глаза и заткнуть уши. А Месхиев снимает кино для людей с условно-нормальной психикой, составляющих пока ещё подавляющее большинство населения страны. И жестокость первого боя филигранно выстроена именно так, чтобы зритель не успевал закрывать глаза от эстетического шока. На грани патологии, но не разу не перейдя эту грань. Один из интервьюеров ехидно спросил режиссера: "Вас не смущает то, что "Своих" часто сравнивают со "Спасением рядового Райана" самогo Стивена Спилберга?" Месхиев укрылся за традиционной балтийской спасительной иронией: "Да, наши фильмы похожи тем, что и там, и там в начале - мясорубка боя. Только у меня бой снят лучше." На самом деле, слова режиссера можно воспринимать совершенно всерьёз. Бой у Месхиева действительно снят с абсолютным чувством меры и такта, чего как раз не хватало "великому" Спилбергу.
Следующий эпизод: по раздолбанной бомбами и снарядами летней хляби уныло бредут оглушённые и дезориентированные пленные, среди которых безымянный Чекист с гитлеровскими усиками и повадками урловского пахана (Сергей Гармаш), интеллигентный политрук Лившиц (Константин Хабенский в омерзительном рыжем панковском парике - моя единственная сугубо личная претензия к режиссеру) и наивный снайпер Митька (Михаил Евланов). Эти трое сбегут и отправятся в митькину родную деревню Блины, где "батька, который схоронит от немца". Этот батька (могучий Богдан Ступка) и становится главным двигателем драматического конфликта картины. Он оказывается деревенским старостой, главным местным прислужником оккупантов. Раскулаченный и сосланный при большевиках, он сегодня отыгрывается за все прошлые обиды. Родного сына он, конечно, германцу не отдаст, а вот Политрука с Чекистом, которых по митькиной просьбе прячет в сарае, может запросто пустить в расход в любую минуту…
Сценарий "Своих" написал Валентин Черных, прославившийся в своё время легендарной "Москвой, слезам не верящей". Конечно, драматургия месхиевского фильма принципиально отличается от эпохального советского лубка, но виртуозная точность и искренность диалогов столь же безотказно действуют на зрительское сознание и подсознание и достойны растаскивания по народным цитатникам. Главную, простую и неопровержимую истину, утверждаемую "Своими", Черных сформулировал в виде рекламного слогана к сборнику своих сценариев: "Свой своему поневоле брат". К пониманию этой неизбежной заповеди приходят в конце концов через кровь и грязь герои фильма в, может быть, чересчур оптимистичном финале. Но следуя логике (и идеологии!) картины, финал и не мог быть другим. Вместо титра "конец" вполне можно было поставить дату окончательной победы "своих" над "чужими": 9 Мая…
Не берусь сейчас анализировать безупречный изобразительный ряд фильма (постоянный оператор Месхиева - Сергей Мачильский). Не стану рассуждать и о прекрасном актёрском ансамбле. Скажу напоследок лишь то, что ещё одно обвинение, предъявленное Месхиеву "прогрессивной" критикой, обвинение в сбалансированной и просчитанной "мейнстримности" картины, является более её заслугой перед отечественным кино, чем недостатком. Любителей экстрима и маргинальности отсылаю к белорусской "Оккупации", вышедшей (слава Богу!) на видео и представляющей мифологию партизанского движения в строго зеркальном негативе к нашим школьным учебникам. Вот уж где есть разгуляться любым квази-эстетическим инстинктам: полтора часа бессмысленной и беспредельной вакханалии агрессивного жлобства, как якобы строго реалистический взгляд на Великую Отечественную. Мне более по душе честный взгляд моего ровесника Дмитрия Месхиева, воплощенный в безупречном балансе интеллигентного содержания и поп-культурной формы. Не открывая ничего принципиально нового в военной теме, "Свои" возвращают жанру высочайший стандарт качества. Для того, чтобы выгрести из болота, которым до сих пор остаётся российский кинематограф, нужны ориентиры, различимые в любую погоду. Одну из таких спасительных вешек ставят отечественному кино "Свои". Теперь будет трудно снимать военные фильмы (а их к весне 2005 г. грядёт целая лавина) без оглядки на простую, неноваторскую и неюбилейную, но пронзительно-искреннюю картину Дмитрия Месхиева.

МОЯ ЖЕНА - ГАНГСТЕР-2 / MY WIFE IS A GANGSTER 2
Warner Bros. / CJ Entertainment / Hyun Jin Roxt Filmnation, Республика Корея, 2004г
Продолжительность: 105 мин
Ироническая гангстерская амнезия
Режиссер: Юнг Сун-чонг
Сценарий: Юнг Сун-чонг, Хэ Чеол-чой
Оператор: Донг Кван-чоу
В ролях: Юн Кьюнь-шин, Джун Джу-парк, Се Джин-джанг, Вон Джонг-ли, Ми Леонг-джо, Вон Чеол-шим и др.
Экспресс-оценка: ***


Ещё один пример коммерческой "боеспособности" сегодняшнего южно-корейского кино. Сиквелом полуостровного кассового чемпиона двухлетней давности эту картину можно считать весьма условно. Сюжет её совершенно самостоятелен, и связаны первая и вторая "Жёны-гангстеры" лишь исполнительницей главной роли Юн Кьюнь-шин и образом грозной фурии-гангстерши, оказавшейся в нетривиальной ситуации. Да ещё жанровой принадлежностью: оба фильма представляют дальневосточный вариант криминальной комедии.
В "Моя жена - гангстер-2" очаровательная и беспощадная глава бандитского клана "Белые акулы" во время очередной суровой разборки на крыше сеульского небоскреба попадает под огонь прибывшего к месту побоища спецназа и срывается вниз, что в любом боевике вело бы к неминуемой гибели. Но в комедии по-корейски падение с высоты 40 этажей - только повод для легкой амнезии героини. Она умудряется, как на батут, шлёпнуться на крышу проезжавшего мимо проволочного фургона с курами, а затем свалится на газон, который собирается опписать сильно пьяный владелец убогой китайской закусочной в бедняцком квартале. Гангстерша, найденная в траве трезвеющим от нервного шока ресторатором, быстро приходит в себя и, получив кличку "Курица", поступает на работу в его забегаловку, поскольку совершенно не помнит кто она такая и даже своего имени. "Курица" вкалывает официанткой, посудомойкой, поварихой и развозчицей заказов в одном лице и мучительно пытается самоидентифицироваться. Боевые навыки восстанавливаются быстро и сами собой: защищая дочь хозяина от местной шпаны, она моментально становится "грозой квартала". А потом, неожиданно для себя самой, превращается вообще в народную героиню в духе Робин Гуда, сначала разнеся в пух и прах грабителей местного банка, а затем защитив район от нахального наезда гангстеров, связанных со строительным бизнесом и настроенных на выселение жителей из их хибар во имя постройки на этом месте мульти-развлекательного комплекса.
"Курица" сама потрясена собственной прытью, и оттого её желание докопаться до собственных корней разгорается всё сильнее. Находятся и помощники в деле восстановления памяти. Это те самые строительные гангстеры, чей клан всегда был главным конкурентом "Белых акул". Их демонически выглядящий, но патологически трусливый шеф считает нашу героиню "личным врагом №1". Но клановые амбиции требуют, чтобы курица перед смертью всё-таки вновь превратилась в белую акулу. Курица же, не понимая, чего от неё хотят злые дяди с пистолетами и бейсбольными битами, на полном автомате продолжает одному за другим сокрушать им алчные челюсти… Абсурд нарастает от эпизода к эпизоду и в пересказе выглядит гораздо тяжеловесней и алогичней, чем на экране.
Читатель, я чувствую, уже начинает опасаться за состояние моей собственной психики: "Что за чушь он несёт, и как такая лабуда вообще может нравиться?" Уверяю вас, зрелище захватывает какой-то совершенно сумасшедшей энергетикой и нехарактерным для корейцев, почти рок'н'ролльным ритмом. Пока смотришь фильм, совершенно не обращаешь внимания на сюжетные неувязки и даже на специфический дальневосточный стиль общения героев друг с другом (который для нас смешон сам по себе). Количество шуток и гэгов зашкаливает даже за европейские границы восприятия. Отдавшись на волю создателей этого жизнерадостного кинобалагана, начинаешь получать чистое удовольствие от потока "движущихся картинок". Тема амнезии - одна из самых древних, популярных и беспроигрышных в криминальной литературе и кино на Западе (достаточно вспомнить один только "Долгий прощальный поцелуй" Ренни Харлина или романы Микки Спиллейна). Корейские кинематографисты нашли ей соответствующий национальный колорит (балеты восточных единоборств сняты здесь на уровне гонконгской классики уровня Джеки Чана и Джета Ли) и представили с большой дозой юмора, балансируя на грани иронии и самопародии. Прекрасный образец экзотического развлекательного кино для домашнего употребления (после тяжелого трудового дня, когда не грех и заснуть под оптимистичный треск гангстерских челюстей). Впрочем, другого употребления и не получится, так как функционирует фильм пока только на пиратском DVD и видео очень приличного, кстати сказать, качества изображения и звука.

ДВОЙНОЙ АГЕНТ (ИНАЯ ЛОЯЛЬНОСТЬ) / A DIFFERENT LOYALTY
Lions Gate Films, США, 2004г
Продолжительность: 96 мин
Старомодная шпионская драма
Режиссер: Марек Каньевска
Сценарий: Джим Пиддок
Оператор: Жан Лопен
Композитор: Норманд Корбейл
В ролях: Шэрон Стоун, Рупперт Эверетт, Джулиан Уэдем, Майкл Кокрейн, Энн Лэмбтон и др.
Экспресс-оценка: ***

Этот фильм демонстрировался летом в программе Московского МКФ, и выходит в декабре на лицензионном видео и DVD, минуя кинозалы.
Начальный титр "основано на реальных событиях" сразу же настраивает на предельно серьёзный лад восприятия. В прологе нам показывают, как спецгруппа британской MI-6 под руководством усталого и печального красавца Лео Коффилда (Руперт Эверетт) в начале 50-х разоблачает среди коллег двух советских агентов, однокурсников Лео по Кембриджу. Но тем почему-то всё-таки удаётся беспрепятственно сбежать в СССР. Потом действие переносится на десять лет вперёд, и мы видим Лео в Бейруте, ушедшего из разведки и занимающегося международной журналистикой. В один прекрасный день он знакомится с красавицей-женой американского коллеги Сарой (перекрашенная в жгучую брюнетку Шэрон Стоун) и… Правильно! С небывалой силой вспыхивает взаимная страсть, Лео решительно уводит Сару из семьи, они венчаются в старой доброй Англии с благословения эксцентричного Коффилда-отца (Кокрейн), будто срисованного с орсонуэллсовского Тартюфа, и возвращаются в Бейрут новой большой семьей вместе с дочерью Сары и детьми Лео от первого брака. Больше года продолжается безоблачное счастье: Лео считают одним из лучших ближневосточных журналистов-международников, Сара занимается рисунком и живописью, дети дружно растут, называя супругов "мамой" и "папой". Но в ещё один прекрасный ливанский день, в день годовщины свадьбы Лео уходит из дома на деловую встречу и… словно растворяется в жарком воздухе средиземноморской ночи. Сара в отчаянии, дом атакуют досужие журналисты и бесцеремонные спецслужбисты, только один лишь старый друг семьи Макс (Уэдем), по совместительству - британский резидент, сохраняет спокойствие. Он уверен, что Лео вот-вот даст о себе знать. Ведь именно Макс и вычислил, что его университетский друг и бывший коллега и есть тот самый неуловимый "красный шпион", который передал Советам сверхсекретную информацию по американскому ядерному оружию, и за которым безуспешно уже несколько лет охотятся лучшие оперативники ЦРУ. Кодекс студенческой чести не позволил Максу напрямую сдать старого друга цэрэушникам, а Лео, воспользовавшись предоставленной отсрочкой, сбежал, как и его прошлые друзья-предатели в Советский Союз. Руководство Макса считает даже, что Лео вполне может оказаться гомосексуалистом, как и все прочие выпускники Кембриджа, завербованные советской разведкой (что, зная хоть чуть-чуть Руперта Эверетта, предположить вполне естественно; видимо поэтому наши политкорректные видеопрокатчики заменили двусмысленную оригинальную "Иную лояльность" на простонародного "Двойного агента"). Но влюбленную Сару ничего не пугает: она хочет только ещё раз встретится с Лео.
Лео, конечно, свяжется с Сарой, и Сара, конечно, полетит к нему в СССР, но дальше лирико-шпионский триллер перерастёт в чистую лирику, правда, крепко настоянную на социалистических иллюзиях британских интеллектуалов эпохи Коминтерна и Гражданской войны в Испании. Сара найдёт в гостеприимной Москве совсем другого Лео: надломленного и испуганного человека, который на пятом десятке вдруг убедился в несокрушимой правоте предсмертных слов своего весельчака-отца: "Ни одна идеология не заслуживает того, чтобы руководствоваться ею в жизни." Сара увидит совсем не ту страну, которую представлял себе её любимый: страну чужую, холодную, нелепую, лживую… Она улетит назад в Англию, но с единственной целью: придумать, как спасти и вновь обрести Лео. Они поменяются ролями в своём любовном дуэте, и Сара будет честно "тянуть" партию "ведущего". Она почти спасёт Лео, почти вывезет его на родину, но… Идеология (марксизм, нацизм, католицизм и проч.) такая вещь, что уж если она ломает человека, то ломает навсегда, решительно и бесповоротно. Лео, который был самым виртуозным и самым бесстрашным из советских агентов-двойников, в конце концов просто по-скотски испугается за свою никчемную изуродованную жизнь. Сара, взвалившая на свои хрупкие плечи тяжкий груз независимого материнства для своих и чужих детей, потащит его по жизни в гордом одиночестве. Грустная и в общем-то банальная история о том, как Большая Политика убивает "маленьких" людей.
Марек Каньевска снял щемяще-сентиментальную и пронзительно-старомодную драму о любви и шпионаже. Снял так, как будто никогда не было никаких "Невыполнимых миссий", "Ронинов" и "Тайных агентов". Шпионаж по концепции режиссера - это поединок ангажированных двумя враждующими Империями интеллектуалов и джентльменов. Так писал о шпионах Джон Ле Карре в разгар "холодной войны". Но даже у него, после "Возвращения с холода" не осталось больше никаких политико-романтических иллюзий. Однако, старомодность "Иной лояльности" работает по принципу "новое - хорошо забытое старое". Давно не было столь лиричного и сентиментального фильма о шпионаже. Картина словно заново возвращает жанру полностью выхолощенную из него цинизмом "ронинов" и иронией бондианы романтику. Начинаешь вновь верить в то, что предательство в мире политики совершается не на финансовой, а на этической основе. Что все знаменитые иуды ХХ века, от Кима Филби до Виктора Суворова, предавали Родину лишь для того, чтоб она стала краше и лучше. Что ж, возможно шпионскому жанру после окончания "холодной войны" и не хватало именно этого сентиментального "человеческого фактора". Плюс к тому - безупречные актерские работы, особенно хороша брюнетка Стоун, совершенно не стесняющаяся играть в интимных сценах свой подлинный возраст. В общем, кино для отставных спецслужбистов и лиц, воспитанных на "Семнадцати мгновениях весны" и "Мёртвом сезоне". Кино для тех, кто плакал в детстве над книгами о подвигах Рихарда Зорге. То есть, - для весьма широкой зрительской аудитории.


ФИЛЬМ МЕСЯЦА:
АЛЕКСАНДР ВЕЛИКИЙ В ОЖИДАНИИ "ОСКАРОВ" >>

Подписка "Дмитрий Генералов. Какие фильмы не пропустить по ТВ на неделе" >>

 

Connection with the database couldn't be made.
Access denied for user 'gurnal'@'localhost' (using password: YES)